Неточные совпадения
Особенно поразил его какой-то Петр Савельев Неуважай-Корыто, так что он не мог не сказать: «Экой длинный!» Другой имел прицепленный к имени «
Коровий кирпич», иной оказался просто: Колесо Иван.
Утешься, добрая мать: твой сын вырос на русской почве — не в будничной толпе, с бюргерскими
коровьими рогами, с руками, ворочающими жернова. Вблизи была Обломовка: там вечный праздник! Там сбывают с плеч работу, как иго; там барин не встает с зарей и не ходит по фабрикам около намазанных салом и маслом колес и пружин.
Клим посмотрел на людей, все они сидели молча; его сосед, нагнувшись, свертывал папиросу. Диомидов исчез. Закипала, булькая, вода в котлах; усатая женщина полоскала в корыте «сычуги»,
коровьи желудки, шипели сырые дрова в печи. Дрожал и подпрыгивал огонь в лампе, коптило надбитое стекло. В сумраке люди казались бесформенными, неестественно громоздкими.
Около печи в деревянном корыте для стирки белья мокли
коровьи желудки, другое такое же корыто было наполнено кровавыми комьями печонок, легких.
Коровьего масла у них нет: его привозят сюда для европейцев из Англии, и то, которое подавали в Шанхае, было несвежо.
[Сычу́г — кушанье, приготовленное из
коровьего желудка.]
Случилось, что тогда, когда старушки толковали об этом, пришел какой-то
коровий пастух Тымиш Коростявый.
В доме была суета. Закладывали коляску, старомодную карету. Кучера оделись в синие новые кафтаны, намазали головы
коровьим маслом и с утра напились пьяны. Дворовые женщины и девицы пестрели праздничными, разноцветными ситцевыми платьями, платками, косынками, ленточками. От горничных за десять шагов несло гвоздичной помадой.
А кто попроще — ест тушеную картошку с прогорклым салом, щековину, горло, легкое и завернутую рулетом
коровью требуху с непромытой зеленью содержимого желудка — рубец, который здесь зовется «рябчик».
— Л-лап-ш-ша-лапшица! Студень свежий
коровий! Оголовье! Свининка-рванинка вар-реная! Эй, кавалер, иди, на грош горла отрежу! — хрипит баба со следами ошибок молодости на конопатом лице.
Я с ненавистью посмотрел на него и злобно радовался, что люди не привили квартальному
коровьей оспы, а природа не обошла его человеческой.
За спинами у всех пуховые подушки подложены, а перед ними на круглой дощечке блины просяные и масло
коровье распущено в чашке, и пиво татарское — буза, в кувшинчике.
Сбоку лежит немного новой провизии: солонина, гусиный полоток, телячья головка,
коровье масло, яйца, несколько кусков сахару, пшеничная мука и т. п.
Щи у нее ели такие, что не продуешь, в кашу лили масло
коровье, а не льняное.
Ему нравилась своим большим
коровьим телом толстая Катя, но, должно быть, — решал он в уме,она очень холодна в любви, как все полные женщины, и к тому же некрасива лицом.
Во время о́но нередко приходили оттуда на Каменный Вражек возы с сибирскими осетрами и с
коровьим маслом.
Мать София не выходила еще из Манефиной кельи, но сироты, уж Бог их знает как, проведали о предстоящей раздаче на блины и на масло, пришли к заутрене и, отслушав ее, разбрелись по обители: кто на конный двор, кто в
коровью избу, а кто и в келарню, дожидаться, когда позовет их мать игуменья и велит казначее раздать подаянье, присланное Патапом Максимычем.
Постное есть вредно, а скоромное нельзя, так как, пожалуй, скажут, что Беликов не исполняет постов, и он ел судака на
коровьем масле, — пища не постная, но и нельзя сказать чтобы скоромная.
— Это
коровье вымя! — произнес с гордостью Максинька.
— Так знайте. И по-французски не упражняйтесь, потому что вы говорите не по-французски, а по-коровьи…
На залавке между тем лежала приготовленная для щей говядина; кучер Семка в углу на лавке, подложив под деревянное корыто свои рукавицы, рубил говядину для котлет; на окне в тарелке стояло
коровье масло и кринка молока, — одним словом, Домнушка почувствовала себя кругом виноватою.
А здесь, под Инстербургом 17, сумели и стёк отыскать, и луга расчистить, и
коровье житье устроить.
К яичному производству вы постепенно присоединили производство курятное, а ежели подойдет хороший случай, то не возбраняете себе и скромные операции
коровьим маслом.
Разбитной. Есть в ней, знаете, эта простота, эта мягкость манер, эта женственность, это je ne sais quoi enfin, [не знаю, наконец, что (франц.)] которое может принадлежать только аристократической женщине… (Воодушевляясь.) Ну, посмотрите на других наших дам… ведь это просто совестно, ведь от них чуть-чуть не
коровьим маслом воняет… От этого я ни в каком больше доме не бываю, кроме дома князя… Нет, как ни говорите, чистота крови — это ничем не заменимо…
Затем он круглый год льет в кашу не
коровье масло, а конопляное, хотя первое можно найти дома, а второе нужно купить, и оно обойдется почти не дешевле
коровьего — почему? — потому что налей мужику
коровьего масла, он вдвое каши съест.
Точно так же осторожно обходится с убоиной; ест кашу не всякий день и льет в нее не
коровье масло, а постное; хлеб подает на стол черствый и солит похлебку не во время варки ее (соляных частиц много улетучивается), а тогда, когда она уже стоит на столе.
Прослышит, что где-нибудь корова от бескормицы еле жива, а владельца этой коровы сборами нажимают, устроится с тремя-четырьмя другими заботливыми хозяевами в складчину, и купят
коровью мясную тушу за пять рублей.
Они охотно клюют свежий
коровий помет, состоящий из пережеванных трав и мелких червячков, которые в нем сейчас заводятся.
Там, где этой превосходной птицы слишком много, готовить их впрок, мариновать под желе с уксусом или слегка посоля, заливать свежим
коровьим растопленным маслом, как перепелок.
Для предохранения от порчи жирного мяса травленых перепелок их слегка просаливают и заливают в кадках или бочонках
коровьим маслом; по мнению многих, свежепросольные перепелки лучше свежих.
[Некоторые охотники утверждают, что вальдшнепы не едят
коровьего помета, а только ищут в нем червячков] Пища вальдшнепов, как и других бекасиных пород, предпочтительно состоит из корешков разных лесных и болотных трав, которые они мастерски достают своими длинными и довольно крепкими носами, а также из разных насекомых.
Препоганое, однако, мясо: сладкое, все равно вроде как
коровье вымя, но жесткое; от нужды, разумеется, ешь, а самого мутит.
С нею, впрочем, работы ему было не много: врожденные качества недальновидности и бесконечной,
коровьей доброты, столь ярко написанные на ее лице, помогли ему в этом случае чуть ли не более, чем все великие идеи и горячие убеждения.
Это были глаза большие, лениво-томные и бесконечно добрые с несколько
коровьим оттенком в выражении, что придавало им только известный характер, но отнюдь не мешало их красивости.
И заляскали вслед за нею о древки сухие цепы, заколотили емки и ухваты, зазвенели серпы и косы, задребезжали спицами трезубые вилы; сотни звонких, громких голосов, кто во что горазд, взвизгнули, гаркнули, крикнули: «згинь, пропади отсюда,
коровья смерть!» и, переливаясь, понеслись, то заглушаемые шумом, то всплывающие поверх его вновь.
Снял Мартын с своей седой головы порыжелый шлык, положил на себя широкий крест и стал творить краткую молитву, а вокруг него, крестяся, вздыхая и охая, зашевелились мужики, и на том самом месте, где бил в груду Мартынов лапоть, высился уже длинный шест и на нем наверху торчал голый
коровий череп.
Везде, куда ее доносило, она была утешительницей упавших духом от страха
коровьей смерти баб; она осеняла особенною серьезностию пасмурные лица унывших мужиков и воодушевляла нетерпеливою радостью обоего пола подростков, которых молодая кровь скучала в дымных хатах и чуяла раздольный вечер огничанья в лесу, где должно собираться премного всякого народа, и где при всех изъявится чудо: из холодного дерева закурится и полохнет пламенем сокрытый живой огонь.
Исчезновение Жозефа смутило Александру Ивановну, но она ничего не могла сделать. Не идти же ей в самом деле тревожить больную Лару. Разговор и без него продолжался не прерываясь. Бодростин с Гордановым толковали о их фабрике бульона и мясных консервов, которая служила пугалом для крестьян, приписывавших нагнанному скоту начавшийся
коровий падеж.
Висленев, узнав об этом чрез слуг, был чрезвычайно рад, что его принимают за
коровью смерть: это, с одной стороны, возвышало в его глазах его мистическое значение, а с другой — он набрел на мысль: нельзя ли взбудоражить мужиков, что скотский падеж пошел по селам от скота, нагнанного Бодростиным на его невиданную и неслыханную консервную фабрику?
Но спорщик на все это ответил сомненьем и даже не видал причины, для коей бы
коровья смерть медведем сидела. С этим согласились и другие.
Вот он идет раз, видит сидит в лесу при чищобе на пенечке бурый медведь и говорит: «Мужик Афанасий травкой подпоясан, это я сам и есть
коровья смерть, только мне божьих мужичков очень жаль стало: ступай, скажи, пусть они мне выведут в лес одну белую корову, а черных и пестрых весь день за рога держут, я так и быть съем белую корову, и от вас и уйду».
Это встретило общее одобрение, и кто-то сейчас же завел, как где-то вдалеке с
коровьей смертью хотели одни попы крестом да молитвой справиться и не позволяли колдовать: билися они колотилися, и ничего не вышло.
Село опустело, но еще не совсем: оставались старушки с малыми внучками, но вот и они показались. Одна за другою, они тянули на поводках остающихся в живых коровушек, а девчонки сзади подхлестывали животин хворостинками. Все это потянуло к тому же самому центру, на Аленин Верх, где надлежало добыть живой огонь, сжечь на нем соломенную чучелу
коровьей смерти или мары, перегнать через ее пламя весь живой скот и потом опахать село, с девственным пламенем, на раздетых бабах.
— Черт их знает: он говорит: «не ровен час». Случай, говорит, где-то был, что бабы убили приказчика, который им попался навстречу: эти дуры думают, что «
коровья смерть» прикидывается мужчиной. Вот вы, любезный Светозар Владенович, как специалист по этой части… Ага! да он спит.
Генерал этого не понял, а Бодростин, полюбовавшись его недоумением, объяснил ему, что мужики еще вчера затеяли добывать «живой огонь» и присылали депутацию просить, чтобы сегодня с сумерек во всем господском доме были потушены все огни и залиты дрова в печках, так чтобы нигде не было ни искорки, потому что иначе добытый новый огонь не будет иметь своей чудесной силы и не попалит
коровьей смерти.
Слегка подвыпивший за ужином Жозеф должен был ограничиться только тем, что посидел под окном своего кумира и, распевая: «Близок уж час торжества моего», напугал суеверных сторожей, которые рассказывали потом, что слышали, как завывает
коровья смерть, о которой тогда толковали, будто она ходит по селам.
Все становились суеверными, не исключая даже неверующих. Заразительный ужас, как волны, заходил по дому и по деревне, на которую недавно налегла беда от
коровьей смерти, — великого несчастия, приписываемого крестьянами нагону сборного скота на консервную фабрику и необычному за ним уходу. Ко всему этому теперь являлось подозрение, что пожар — не случайность, что крестьяне, вероятно, подожгли завод со злости и может быть нарочно разобрали перила моста, чтобы погубить таким образом Михаила Андреевича.
Над этими козлами невдалеке торчал высокий кол с насаженным на него рогатым
коровьим черепом и отбитым горлом глиняного кувшина; на другом шесте моталась змеиная кожа, а по ветвям дерев висели пряди пакли.
О сумерках Ковза кузнец и дурачок Памфилка из двора во двор пошли по деревне повещать народу мыться и чиститься, отрещися жен и готовиться видеть «Божье чудесо». Подойдут к волоковому окну, стукнут палочкой, крикнут: «Печи топите, мойтеся, правьтеся, жен берегитеся: завтра огонь на
коровью смерть!» — И пойдут далее.
Полуобнаженные женщины в длинных рубахах, с расстегнутыми воротниками и лицами, размазанными мелом, кирпичом и сажей; густой желто-сизый дым пылающих головней и красных угольев, светящих из чугунков и корчажек, с которыми огромная толпа мужиков ворвалась в дом, и среди этого дыма
коровий череп на шесте, неизвестно для чего сюда попавший, и тощая вдова в саване и с глазами без век; а на земле труп с распростертыми окоченевшими руками, и тут же суетящиеся и не знающие, что делать, гости.